Псилоцибин восстанавливает социальную активность у мышей с аутизмом даже под наркозом

[Zver2022]

Новое исследование предоставляет доказательства того, что однократная доза псилоцибина может устойчиво усиливать социальное поведение у мышей с генетическими особенностями, связанными с аутизмом. Результаты показывают, что эти поведенческие преимущества сохраняются даже при анестезии мышей во время острого действия препарата, что предполагает, что субъективный психоделический опыт не является обязательным условием. Исследование было опубликовано в журнале Nature Communications .

Псилоцибин — это основное психоактивное соединение, содержащееся в некоторых видах галлюциногенных грибов. В последние годы медицинские исследования изучают его потенциал в лечении таких состояний, как депрессия, тревога и зависимость. Некоторые эксперты также задаются вопросом, может ли он улучшить общительность, то есть врожденное стремление и способность взаимодействовать с другими людьми.

Сниженная общительность — характерная черта расстройств аутистического спектра. Эта особенность также иногда наблюдается при других состояниях, таких как шизофрения и большое депрессивное расстройство. Рассматривая влияние психоделиков на работу мозга, ученые иногда обращаются к идее физиологических заданных точек. Согласно обзору 2026 года , психоделики могут смещать активность мозга от жестко заданной точки, делая нейронные пути более адаптивными даже после прекращения действия препарата. Эта точка зрения предполагает, что псилоцибин может помочь сместить дисбалансированное поведенческое состояние в сторону более типичного.

Еще одна непрекращающаяся дискуссия в психиатрических исследованиях касается самого психоделического опыта. Интенсивные сенсорные и эмоциональные изменения, вызываемые псилоцибином, могут быть сложными для контроля в клинических условиях и иногда провоцировать неблагоприятные психологические реакции. Остается неизвестным, является ли этот сознательный опыт биологически необходимым для достижения длительных поведенческих эффектов препарата.

«Мы хотели изучить долговременные эффекты однократной дозы псилоцибина, выходящие за рамки его ранее установленного воздействия на депрессию, описанного в литературе по изучению человека», — рассказал PsyPost Ченчен Сонг, ведущий исследователь из Наньянского технологического университета в Сингапуре. Сонг руководил исследованием вместе с Томасом Кнопфелем, директором лаборатории JC STEM по динамике нейронных цепей в Гонконгском баптистском университете. «Мы проводим фундаментальные доклинические исследования, поэтому мы изучали долговременные эффекты, используя мышиную модель измененной социальной активности; эта модель была разработана другими лабораториями и используется многими независимыми лабораториями по всему миру».

«В области психоделиков давно ведутся дебаты о том, необходимо ли для достижения терапевтического эффекта бодрствующее субъективное переживание во время острой психоделической фазы (обычно называемой «психоделическим трипом»)», — пояснили исследователи. «Поскольку негативные психоделические трипы связаны с неблагоприятными поведенческими последствиями, понимание этого может иметь реальные последствия для методов проведения психоделической терапии».

Исследователи использовали хорошо зарекомендовавшую себя группу мышей, выведенных без гена Cntnap2. У людей вариации этого гена связаны с аутизмом. Мыши, у которых отсутствует этот ген, от природы демонстрируют более низкий уровень социальной активности, гиперактивность и повторяющееся поведение. Команда ввела 30 взрослым мышам однократную дозу псилоцибина или физиологического раствора для сравнения.

«Мы используем социальное поведение как показатель измененного состояния мозга», — отметили исследователи. «Поэтому нам нужна была модель на мышах, демонстрирующая измененное социальное поведение, которое потенциально может показать улучшение поведения, если таковое имеется, после лечения. Именно по этой причине мы использовали проверенную модель аутизма на мышах, которая, как известно, демонстрирует измененное социальное поведение в руках многих независимых лабораторий по всему миру».

Они подчеркнули, что их цель — понять гибкость мозга, а не найти лекарство от конкретного заболевания. «Цель этого исследования — не найти терапевтическое вмешательство для аутизма как такового, и мы не предлагаем лечить аутизм сам по себе», — добавила команда.

Исследовательская группа оценивала социальное поведение животных с помощью стандартного трехкамерного теста. Этот поведенческий метод регистрирует, сколько времени мышь предпочитает проводить рядом с чашкой, содержащей незнакомую мышь, по сравнению с пустой чашкой. Мыши, получавшие псилоцибин, демонстрировали повышенное предпочтение к чашке с незнакомой мышью по сравнению с мышами, получавшими физиологический раствор. Это усиление социального инстинкта было заметно через день после инъекции и сохранялось как минимум две недели.

«Эффект псилоцибина, способствующий развитию общительности у мышей с низким исходным уровнем общительности, стал оригинальным открытием нашей лаборатории (сначала в модели аутизма, вызванного пренатальным воздействием вальпроата, а теперь в генетической модели сниженной общительности)», — отметил Сонг.

Различия в общем времени, которое мыши проводили, исследуя обе чашки, и в их общей подвижности на тестовой площадке не были статистически значимыми. Это указывает на то, что препарат целенаправленно улучшал социальную мотивацию животных, а не просто усиливал их общее желание исследовать. Чтобы убедиться, что животные не просто учились ориентироваться на тестовой площадке с течением времени, исследователи впервые протестировали отдельную группу из 19 мышей через две недели после лечения и наблюдали те же улучшения социальных навыков.

Чтобы определить, действует ли псилоцибин как универсальный усилитель социальных навыков, исследователи повторили ту же самую процедуру с 18 изогенными мышами дикого типа. Это генетически идентичные контрольные мыши, обладающие нормальными генами Cntnap2 и демонстрирующие типичное социальное поведение. У этих животных однократная доза псилоцибина не повысила общительность. На самом деле, у обработанных контрольных мышей наблюдалась тенденция к снижению социального поведения через день после инъекции.

«Несмотря на то, что мы наблюдали терапевтический эффект у мышей-моделей (с измененным социальным поведением), мы не обнаружили положительного эффекта у контрольных мышей, у которых изначально не было подобных нарушений», — пояснили исследователи. «Поэтому мы считаем, что использование психоделиков в отсутствие поведенческих изменений оказывает ограниченное положительное воздействие».

«Кроме того, учитывая, что значительная часть доклинических исследований психоделиков проводится с использованием мышей дикого типа, мы должны подчеркнуть, что считаем важным изучать терапевтические эффекты психоделиков с использованием моделей измененных состояний сознания, поскольку могут быть задействованы различные эффекты/механизмы», — добавили они.

Команда также изучила другие поведенческие особенности, связанные с этой генетической моделью, в частности, повторяющееся самогруминг и гиперактивность. В течение периода наблюдения мыши, у которых отсутствовал ген Cntnap2, гораздо чаще ухаживали за собой и преодолевали большие расстояния, чем обычные контрольные мыши. Лечение псилоцибином не изменило эти специфические поведенческие особенности. Гиперактивность и повторяющиеся действия оставались на том же повышенном уровне через один день и через одну неделю после введения препарата.

Известно, что псилоцибин оказывает свое основное действие, активируя специфический серотониновый рецептор в мозге, известный как рецептор 5HT2A. Чтобы подтвердить этот биологический механизм, исследователи ввели группе мышей препарат, блокирующий рецепторы 5HT2A, за пятнадцать минут до введения псилоцибина. Блокирующее вещество полностью предотвратило долговременное повышение социальной активности.

Блокирующее вещество также предотвратило появление у мышей подергиваний головы — быстрых движений головы из стороны в сторону, которые ученые используют в качестве индикатора психоделической галлюцинации у грызунов. Интересно, что частота подергиваний головы у мышей сразу после приема псилоцибина не коррелировала с тем, насколько улучшилась их общительность спустя несколько недель. Этот намек подтолкнул исследователей к окончательному, более точному тесту.

Чтобы напрямую проверить, необходим ли активный, бодрствующий опыт для получения долговременных преимуществ, исследователи разработали эксперимент, в котором мышам вводили псилоцибин в бессознательном состоянии. Животных помещали под легкую анестезию изофлураном, поддерживая стабильную частоту дыхания без движений и осознанного восприятия в течение двух часов. В течение этого периода животные получали инъекцию и испытывали все острые химические эффекты препарата без психологического «трипа» в состоянии бодрствования.

Когда этих мышей под наркозом позже протестировали в бодрствующем состоянии, они по-прежнему демонстрировали точно такое же длительное повышение общительности, как и мыши, получавшие препарат в бодрствующем состоянии. Это свидетельствует о том, что способность препарата перестраивать социальное поведение обусловлена базовыми взаимодействиями химических рецепторов, а не глубокими психологическими открытиями.

«Наши наблюдения показывают, что псилоцибин — даже при введении под наркозом — может обладать долгосрочным терапевтическим потенциалом», — отметили исследователи. Однако они предупредили, что «наша доклиническая работа не заменяет исследования на людях. Насколько нам известно, в различных учреждениях также проводятся исследования на людях для изучения терапевтического эффекта психоделиков, вводимых под наркозом, для различных психоделических соединений».

Эти результаты, полученные на животных, согласуются с исследованием, опубликованным в PsyPost в 2025 году , которое показало, что взрослые люди с аутизмом часто сообщали об усилении социальной активности и снижении уровня стресса после сильных психоделических переживаний. Однако то предыдущее исследование основывалось на самоотчетах людей, тогда как в настоящем исследовании измерялось физическое поведение при приближении к объекту на животной модели.

Как и в любом исследовании, следует помнить о нескольких моментах. Модели на животных не могут в точности воспроизвести сложные состояния человека, такие как расстройство аутистического спектра. Кроме того, тест в трех камерах основан на измерении физического времени, которое животное проводит рядом с другой мышью, но он не может выявить нюансы этого взаимодействия, а это значит, что исследователям нелегко определить, вызвано ли приближение дружелюбным интересом или территориальной агрессией.

«Длительные эффекты психоделиков остаются недостаточно изученными, особенно на механистическом уровне», — сказал Сонг. «Тем не менее, существует множество доказательств существования длительных эффектов у разных видов и в разных компонентах поведения. Об этом следует помнить, особенно в связи с ростом рекреационного использования психоделиков».

«Далее мы надеемся более детально изучить механизмы достижения/поддержания долговременных эффектов», — заключили исследователи. «Наши предварительные наблюдения предполагают, что в этом процессе задействованы эпигенетические механизмы».

Исследование под названием « Псилоцибин усиливает общительность только в измененном поведенческом состоянии и не требует бодрствования для достижения эффекта » было проведено Ченченом Сонгом, Тиньей Чангом, Тобиасом Бухборном и Томасом Кнёпфелем.